Легенды и мифы Могилевского кафедрального костела Святого Станислава

 

древних городов, к которым относится и , неотрывно связана с историями их зданий и сооружений, зачастую овеянными многочисленными легендами и мифами, часто ничем неподтвержденными, но переходя из уст в уста, из поколения в поколение получающими жизненную силу и, нередко, приживающимися в справочной литературе. Не стала исключением и история костела Св. Станислава (имеющего еще одно наименование: костел Успения Пресвятой Девы Марии), строительство которого началось без малого 300 лет назад.
Некогда на том месте, где сегодня размещается величественный кафедральный костел, располагался старинный кармелитский монастырь, основанный в 1633 г. с разрешения польского короля белыничскими кармелитами. С 1640 г. монастырь самостоятельный [1]. Монастырь был построен из дерева и нередко горел во время частых в то время пожаров. Самое катастрофическое опустошение монастырь получил после большого пожара в городе в 1708 г., который связывают с приказом Петра I. Монастырь выгорел полностью и был восстановлен лишь к 1730 г. И тут возникает одна из самых живучих легенд. В те времена в имении Любуж близ Могилева жил жестокий шляхтич Зенкович, который регулярно, вместе с вооруженными слугами нападал на могилевчан, торгующих на торговой площади города, избивал их и грабил. Однажды, в 1733 г. могилевчане вооружившись дали отпор дерзкому разбойнику. Слуги Зенковича разбежались, сам он пытался укрыться в кармелитском костеле, но горожане ворвались туда, выволокли Зенковича на торговую площадь, где и казнили. При этом костел был осквернен и богослужения в нем не могли проводиться. Вот тут и возникла пресловутая легенда, что по повелению короля Яна Собесского был построен новый костел из кирпича от разборки каменных домов и печей горожан. Эта легенда оказалась настолько живуча, что до сих пор живёт во многих справочниках и учебниках, хотя она совершенно неправдоподобна! Во- первых, Ян Собесский умер в 1696 г., а Зенкович был убит в 1733 г. Во- вторых, в то время в Могилеве были лишь несколько каменных домов, принадлежащих богатым купцам, членам магистрата, и разборка их домов нашла бы отражение в документах. С другой стороны, здание костела, включая стены подвала, выложено из однородного кирпича, размерами 28- 30см*16см*5-6см, из какого строили здания в то время, и никаких следов разборки на кирпичах нет [1]. Согласно решениям ряда судебных инстанций заседавших на протяжении многих лет, город поплатился лишь крупной денежной суммой в пользу вдовы Зенковича и его малолетнего сына. Ни в одном из судебных вердиктов не указывается на снос зданий [1].
Откуда же взялся этот миф? Оказывается, легенда о кирпиче из печей взята из памятной книжки Могилевского губернатора за 1861 г., и преподносилась как месть православных горожан за нападения Зенковича на них из-за нежелания их быть униатами! По сути, это был политический миф, “изобличающий” католическую Польшу в принудительном окатоличивании православных. Фактически же, причиной нападения Зенковича на город было его недовольство решением суда, отдавшем в пользу города некую часть Любужских земельных угодий, примыкающих к землям Зенковича, и приобретенных городом еще в 1690 г. [3, c.20] у его брата, убитого в Любуже в 1698 г. [3, c.47]
Документов магистрата о времени начала строительства костела не сохранилось, лишь в «Хрониках города Могилева» Сурты-Трубницких говорится, что в 1740 г. была разобрана выгоревшая от пожара Каменица Василевских на стройку кармелитского костела [2, c.13]. Эту дату многие и считали датой начала строительства костела. Однако, в 1993 г. в энциклопедическом справочнике «Архітэктура Беларусі» указана дата начала строительства костела — 1738 г. [4,с.289]. Добавлю, что в июле 1982 г. при прокладке теплотрассы в 15 м. перед главным входом в здание костела были обнаружены остатки какого-то старого здания из кирпича ХУП-ХУШ вв. [1]. Не исключено, что это была каплица для проведения богослужения на период строительства костела, на которую и был использован кирпич от разборки выгоревшей Каменицы Василевских, что и подпитало миф о строительстве костела из печей горожан. Так или иначе, но костел в 1752 г. был построен, 13 лет ушло на выполнение росписей и отделку интерьера, а в 1765 г. он был освещен в честь Успения Богородицы. Костел был построен в стиле барокко с красочными и выразительными росписями.
В 1770 г. на белорусских землях Российской империи создается Белорусская католическая епархия. В жалованной грамоте от 6 февраля 1774 г. говорилось, что «учредя Белорусскую Епархию Католическую, определили Мы быть в ней Епископомъ избранному Нами почтенному Станиславу Сестренцевичу де-Богушъ… которому назначили иметь место свое Епархіальное въ городе Могилеве, определив на дом его Епископскш и членов Консисторш довольное годовое содержание» [5, с.30]. Во время посещения Екатериной II в 1780 г. Могилева костел Успения Богородицы произвел на нее такое впечатление, что она повелела кармелитов из него изгнать, и быть ему кафедральным с резиденцией в нем католического епископа Богуш-Сестренцевича. Костел был переименован в честь Святого Станислава. В 1787 г. он был модернизирован в стиле классицизма путем фасадной пристройки четырехколонного ионического портала, завершенного фронтоном, справа и слева сделаны фланкирующие пристройки с небольшими восьмиугольными башенками, что придало зданию эклектический вид [1].
Множество мифических легенд существует вокруг росписей собора.
Исследователи отмечают, что это наиболее полно сохранившийся в Беларуси профессиональный фресковый евангелический цикл. И хотя во время нахождения в костеле республиканского архива множество фресок было повреждено и закрашено “красивой” защитного цвета краской, их удалось, в основном, реставрировать и сегодня своеобразное сочетание живописи и архитектуры придает интерьеру костела яркий торжественный вид.
Надо отметить, что росписи выполнялись не одновременно, разными мастерами, что и отражается в стиле росписей. А первоначальный наиболее однородный цикл росписей главного нефа содержит многочисленные символы ордена кармелитов, которые требуют специального изучения специалистами. Поэтому, не вникая в эти подробности, попробую определиться в вопросе, кто же исполнил росписи костела Св. Станислава. Многие исследователи, видимо отталкиваясь от упоминания на старинной записи на стене костела утверждают, что росписи осуществлялись Павлом Пиотровским с монахами Петром, Лукьяном, Григорием, Антонием Гловацким [6, с.61].
Однако дословный перевод с латыни текста с памятного знака гласит: «Этот католический костел богато живописью украшен при достопочтенном провинциале Павло Пиотровском, славным, чрезвычайно почтенном докторе теологии», и это совершенно меняет его роль в росписях костела. Краевед И.Филипович вообще утверждает: «П. Піятроўскі не мае дачынення да роспісаў, ен зусім не мастак, а правінцыял-адміністратар…» [7, с.23]. Но все же предпочтительнее, на мой взгляд, вывод исследователя В.В.Терещатовой: «Думаецца ўсё жа, что П. Піятроўскі мае непасреднае дачыненне да роспісаў. Не выключана, што ён мог кіраваць групай мастакоў.» [8, с.134]. Что же касается Антона Гловацкого, то он работал над росписями костела уже при Богуш-Сестренцевиче. Как указывает В.В. Терещатова: «.у 80-х гадах тут працаваў Антон Главацкі — мастак высокай кваліфікацыі. Быў прыдворным мастаком у архібіскупа С. Богуш-Сестранцэвіча, выкладаў жывапіс у духоўнай семінарыі Магілёва. У 1787 г. працаваў пры двары Зорыча, пісаў карціны на рэлігійныя тэмы, абразы. Быў знаёмы з Кацярынай II, якая высока цаніла яго творчасць.» [8, с.135]. Т.е., А. Гловацкий принимал участие в росписях костела через 29 лет после окончания его строительства! Некоторые исследователи указывают, что в 80-х годах в костеле так же трудился монах-иконописец Чайковский, который и изобразил себя за мольбертом в восточном нефе костела. В 1860 г. фрески подновлял художник Ферст [6, c.62].
Отдельную историю, со своими легендами и мифами, имеет костельный орган. Известно, что богослужения в костеле проходят в сопровождении органа. Какой орган здесь был первоначально, доподлинно неизвестно.
Возможно, это была фисгармония, возможно, как изображено в росписи на хорах, это был орган-портатив. В фондах областного краеведческого музея есть данные, что в 1848 г. из закрытого в Шклове Доминиканского костела был передан в Могилевский архиепископский костел орган, который простоял здесь до 1959 г. [1]. Это подтверждается указом Могилёвской римско- католической духовной консистории 1848 г. об установке органным мастером Полоцкого доминиканского мужского монастыря Богушевичем органа из Шкловского доминиканского монастыря в Могилевском кафедральном костеле [9]. В энциклопедическом справочнике «Каталіцкія храмы Беларусі» указано, что в 1912 г. на хорах костела был установлен уникальный орган с редкими керамическими трубами, каких в мире было всего 4 [10,c.211]. Действительно, музыкальные лабиальные трубы известны в мире с давних времен, а в XIX в. Итальянец Джузеппе Донати изобрел на их основе профессиональный музыкальный инструмент флейтового звучания — окарину. Этот инструмент был очень популярен, но весьма индивидуален в звучании, поэтому собрать и настроить окарины в одном регистре в органе весьма сложно, вероятно, поэтому таких органов было всего 4 [12]. Сохранилась фотография интерьера костела Св. Станислава, сделанная немцами в 1942 г., на которой видны хоры костела с органом на них [11]. Мне удалось получить консультацию у заведующей органной мастерской Московской государственной консерватории, главного хранителя органа Кавайе-Колля, заслуженного деятеля искусств РФ Н.В. Малиной. Она отметила, что на этом фото изображен классический орган германского типа с трубами, по виду, из сплава свинца и олова. Конечно, мастер может построить орган и с керамическими трубами, но вряд ли, так как органы создаются на длительный срок службы, а керамика недолговечна, да и нереально сделать его большим. Органы с керамическими трубами ей не встречались, но в Йельском музее имеются органы- портативы с такими трубами, и они работают совсем по другому принципу (по тонам, а не по регистрам). На вопрос, мог ли на хорах костела Св. Станислава быть установлен дополнительный орган-портатив с керамическими трубами, Н.В. Малина ответила, что это не исключено. Никаких иных сведений по этому органу изыскать мне не удалось. Остается гадать легенда это или очередной миф.
Тем не менее, установленный в 1848 г. орган звучал немало лет. Прихожанка Татьяна Шестопалова, которая в детстве жила в районе Лютеранского пер. (ул. Мигая) и часто, вначале с родителями, а потом сама посещала Станиславовский костел, рассказывала, что орган очень берегли, на нем играли только в воскресенье и по большим праздникам. Летом, когда окна костела были открыты, его звуки были слышны возле Иосифовского собора (гостиница Днепр). В 1935 г. костел был закрыт, в нем в 1935-1941и в 1947-1964 гг. размещался государственный исторический архив, в 1964-1986 гг. — госархив Могилевского облисполкома. В годы ВОВ костел был открыт. В 1959 г. орган ещё был на месте, а потом исчез [1] . И вот тут появилась еще одна легенда. После ВОВ постепенно сложились условия, позволившие Минкультуры СССР упорядочить органный фонд со строительством новых и капремонтом старых органов, для чего был создан Совет по органостроению [13, с.117]. Видимо, узнав об этом, тогдашний начальник архива Шпаков обратился в Минкультуры с предложением забрать орган, так как он занимает много места и требует немало средств для обеспечения его сохранности [1].
У могилевчан появилась легенда, что наш орган использовали для ремонта органа Ковайе-Колля в Московской консерватории. Однако Н.В. Малина категорически отвергла эту легенду, пояснив, что органный мастер Ляман, который делал капремонт органа, учился во Франции и необходимые трубы для органа делал сам, о чем есть соответствующие записи в органном журнале-дневнике. Так и эта легенда стала мифом.
Ну а куда же делся орган? В ряде источников утверждается, что он был разломан и выброшен! В подтверждении этой версии говорят следующие факты. Органист костела Евгений Захаров показал мне 4 органных клавиши, найденных во время реставрации возвращенного верующим костела на высоко расположенном окне. При опросе мной старожилов Могилева, Георгий Дубников вспомнил, что в конце 1950-х его сосед по ул. Кедровой Артемов строил себе дом, и у этого дома были странные водосточные трубы. На расспросы сосед сказал, что это трубы от органа, которые ему продали люди, разбиравшие костельный орган. Сегодня этот дом перестроен, трубы не понадобились, новый хозяин дома с трудом нашел одну-единственную трубу из ранее бывших здесь 3-х. Органист Евгений с трепетом опознал в ней лабиальную трубу из костельного органа. Мы установили трубу как памятный знак на хорах. Однажды, будучи там во время исполнения Евгением на современном органе фирмы «Тат Электроник» мессы, я услыхал легкий диссонанс. Это пела старинная труба! Боже, подумал я, сколько времени прошло, сколько воды через нее протекло, а она жива!
Список литературы:
1.Кафедральный костел / Журнал изысканий // Фонд Могилевского областного краеведческого музея. — КП30082/13.
2.Сурта-Трубницкие. Хроники города Могилева. Рукопись. // Фонд Могилевского областного краеведческого музея. — КП30082/4-8.
3.Государственный архив Могилёвской области. — Фонд 1244, опись 2, дело 6.
4.Глінік В., Церашчатава В. Магілёускі касцёл кармялітау / Архітэктура Беларусі. — Мн,1993
5.История религии и свободы совести в Беларуси в документах и материалах: пособие. В 4ч. — Ч.3: Со второй половины XVIII в. до октября 1917 г. / авт.-сост.: В.В. Старостенко, Э.В. Старостенко. — Могилев, 2015.
6.Н.Высоцкая. Художники Могилева XVI-XVIII вв. / Магілёуская дауніна № 7, 1999 г.
7.І.Філіповіч. Унікальны будыннак. / Помнікі гicторыi i культуры Беларусi, 1983, №1.
8.В.В.Цэрашчатава. Старажытна. Беларускi манумянтальны жывапіс XI-XVIII в. — Мн,1986
9.Полоцкий доминиканский мужской монастырь, г.Полоцк, Полоцкий уезд, Витеб.губ. — ВУНИАБ, фонд 218.
10.Кулагін А.М. Каталіцкія храмы Беларусі. — Мінск, 2008.
11.Интерьр костёла Св. Станислава. [Электронный ресурс] — 1942г. —
Режим доступа: htths://pikasaweb.google.com/106964039999068894007/
MogilevHistoryP2 — Дата доступа 03.05.16
12.В. Борисов. История музыкального керамического инструмента окарины. — Омск, 2014
13.Бакеева Надежда. Орган. — М. 1977

А.В. Горбацкий, (Могилёв, Беларусь)

Оригинал