Могилев в революционных событиях осени 1917 года

 

События осени 1917 г. относятся к числу наиболее дискуссионных проблем исторической науки. Одним из ключевых аспектов данной проблемы являются причины, позволившие большевикам не только осуществить приход к власти, но и удержать ее. При этом, давая оценку прошедшим событиям, необходимо рассматривать не только стратегию и тактику самих большевиков, но и практику оппозиционных советской власти политических сил. Радикализму действий своих политических противников многие партии предпочли легитимный путь достижения власти — Учредительное собрание. Однако данная стратегия не увенчалась успехом.

Расширению представлений о революционных событиях 1917 г. способствуют исследования отечественных и зарубежных историков. Вместе с тем, ученые отмечают, что проблема требует дальнейшего глубокого изучения на базе современного теоретико-методологического инструментария с привлечением разностороннего круга исторических источников [12, с. 16].

После победы Октябрьского вооруженного восстания в Петрограде еще около месяца оставался в руках антибольшевистских сил. Ставка Верховного главнокомандующего Н.Н. Духонина отказалась признать власть большевиков, заключить перемирие на фронте (что было практически невозможно) [1, с. 136].

26 октября 1917 г. состоялось чрезвычайное совещание представителей национальных, общественных и политических организаций города. Заседание прошло в переполненном людьми зале губернского земства. Исполняющий обязанности губернского комиссара Г.И. Певзнер выступил с докладом о текущем политическом моменте и предложил присутствующим высказать свое мнение о том, как реагировать на переживаемые политические события, какой тактики придерживаться, каким образом сохранять порядок в городе и губернии. Ситуация вызвала жаркие дебаты. При этом возможность выступить получили все желающие. Итогом выступлений стала следующая резолюция: «Собравшиеся делегаты общественных и национальных организаций и политических партий признают, что вооруженный захват власти большевиками грозит открытием ворот контрреволюции и срывом Учредительного Собрания и призывает население к спокойному выжиданию ликвидации событий…» [16, с. 3-4]. На совещании был создан Комитет общественной безопасности под председательством Г.И. Певзнера [16, с. 4]. В его состав также вошли: представитель городского самоуправления И.Я. Локшин, от губернской польской рады — Г.В. Выковский, от партии кадетов — военный инженер Попов, от партии народных социалистов — земский ботаник Г.К. Крейер, от Белорусского комитета — преподаватель реального училища М.С. Коханович, от социал-демократов и Бунда — Браун, от губернского земства — член управы И.В. Кирикос, от кооперативных организаций г. Могилева и губернии — член губернской продовольственной управы Д.И. Коваленко, от еврейской народной партии — А.Я. Сыркин, от еврейской рабочей социалистической партии — Г.А. Гуревич, от союза почтово-телеграфных служащих — Пряженик и от совета крестьянских депутатов — Рыженков и Потапов [6, с. 4].

В свою очередь Могилевский Совет рабочих и солдатских депутатов принял резолюцию, в которой осуждалось выступление большевиков и содержалось требование создания однородного демократического министерства [15, с. 20]. 31 октября 1917 г. при Совете был создан Комитет спасения родины и революции. В задачи Комитета, помимо решения насущных общественно-политических вопросов, входило поддержание порядка в городе [4, с. 3].

В начале ноября 1917 г. в городе собрались представители партий эсеров, меньшевиков, энесов, которые обсудили важнейшие политические вопросы. В этих обсуждениях принимали участие и военнослужащие. Историк С.П. Мельгунов в числе собравшихся называет бывшего военного министра Верховского, представителя Центрального комитета партии эсеров Авксентьева, Чернова, Гоца, Фейта, Гернштейна, Ракитникова, меньшевиков Богданова и Скобелева, энеса Знаменского, комиссара Временного правительства в Ставке Верховного главнокомандующего энеса Станкевича, который оставил о данном событии свои воспоминания [9, с. 343]. В центре обсуждения находился вопрос о возможности создания нового правительства во главе с В.М. Черновым. Следует отметить мнение историка И.М. Игнатенко, который считал, что в создании данного правительства были заинтересованы силы, выступавшие за продолжение войны с Германией [3, с. 38].

Еще 31 октября 1917 г. Общеармейский комитет призвал воинские организации поддержать идею формирования социалистического правительства (от большевиков до энесов), а со своей стороны предложил кандидатуру на должность председателя — лидера партии социалистов- революционеров В.М. Чернова. За Чернова «во главе нового Народного правительства» высказались также делегаты IV съезда (5-6 ноября) демократических организаций Могилевского уезда [15, с. 20]. В подтверждение мнения делегатов съезда стали соответствующие письменные подтверждения от крестьян. Так, от председателя крестьянского Совета Быховского уезда была получена следующая телеграмма: «Крестьянство Быховского уезда ждет законной твердой народной социалистической власти. Крестьяне поддержат Чернова» [11, с. 2].

Однако вскоре выяснилось, что центральное руководство эсеров и меньшевиков колебалось в принятии столь важного решения, и это отразилось на ходе переговоров. Первыми от их дальнейшего ведения отказались меньшевики. В меньшевистской газете появилась статья, в которой все выдвинутые в Ставке предложения были названы авантюрой. После этого меньшевики отказались от любых попыток организации власти из Ставки и уехали из Могилева. Эсеры с подачи А.Р. Гоца сочли, что попытка создания новой власти обречена на неудачу и только скомпрометирует партию, которая должна сыграть решающую роль в Учредительном собрании [13, с. 230].

В рядах оппозиции большевикам активно велась полемика по вопросам о формах борьбы и ее политической платформе. По вопросу об отношении к большевикам сформировались различные подходы. Представители партий отстаивали недопустимость сотрудничества с большевиками. В свою очередь, представители общеармейского комитета и Викжеля доказывали, что данное соглашение необходимо. Также разделились мнения по отношению к власти большевиков. Была высказана точка зрения, что надо «дать большевизму разложиться окончательно и когда произойдет естественный распад, взять власть в свои руки». В.М. Чернов так определил свою позицию: «Политическая изоляция большевиков и мобилизация своих сил для более безболезненной ликвидации авантюры, а потом — организация однородной демократической власти без большевиков. Распад последних — совершившийся факт» [9, с. 346]. Им оппонировали сторонники более решительных форм борьбы с целью «прекращения большевистской авантюры» [5, с. 1].

Представителями политических партий было высказано предложение о созыве съезда крестьянских представителей в Могилеве. По свидетельству народного социалиста В.Б. Станкевича, на этом более всего настаивали эсеры. От имени Исполнительного комитета Всероссийского Совета крестьянских депутатов были разосланы соответствующие приглашения во все губернские комитеты. Но эта затея окончилась неудачей, так как были получены сведения, что депутаты уже едут в Петроград, и В.М. Чернов вынужден был дать распоряжение том, чтобы и его сторонники направлялись туда [13, с. 287].

Диалог о создании альтернативного большевикам правительства получил широкий резонанс. Различные теоретические конструкции выдвигали не только лидеры политических партий. В.Б. Станкевич невнятно сообщает о некоторых «стремлениях среди чисто военных кругов Ставки и, в особенности, среди союзных миссий». Но, как он отмечает в своих воспоминаниях, они не вылились не только в конкретное действие, но даже конкретный план [13, с. 230]. Комиссарверх, пытаясь успокоить взбудораженное общественное сознание, даже вынужден был сделать следующее сообщение: «В последнее время в газетах распространяются самые превратные и клеветнические известия о Ставке. Ставлю всех вас в известность, что в Могилеве несколько дней тому назад было совещание представителей демократических партий, народных социалистов и левее, вынужденных работать вне нормальных условий гражданской свободы. Ни представители партии народной свободы, ни представители командного состава в совещании никакого участия не принимали и даже не были оповещены о нем. Ныне совещание прекратило свои работы, и все участники его разъехались. Кроме того, общеармейский Комитет обратился к армиям с вопросом о возможности и желательности образования общедемократической власти, от народных социалистов до большевиков, под председательством В.М. Чернова. Хотя большинство армий высказалось за это предложение, но ответы в частности относительно личной кандидатуры, были не настолько категоричны, чтобы центральные комитеты партий могли приступить к образованию власти на основании вотумов только армий и эта попытка немедленно образовать законную власть считается законченной самим общеармейским комитетом. Таким образом, в настоящее время не только Ставка, которая все время вела чисто оперативную, военно-техническую работу, но и все остальные организации в Могилеве не ведут какой-либо политической работы в общенародном масштабе. Заявление общеармейского комитета о защите нейтралитета Ставки исходят исключительно из опасений разрушения технического аппарата Ставки людьми, которые действуют явно в интересах нашего противника. Ставка и Могилев будут защищаться от всякого вооруженного нападения. Здесь защищается последний клочок Российской Республики, где царит еще полная свобода, где всякий без опасения может высказывать свое мнение, где газета ни правая, ни левая, ни большевистская не конфискуется, где обеспечена свобода личности…» [10, с. 2].

Тем временем большевики провели плодотворную работу по укреплению своих позиций. По образному выражению Л.Д. Троцкого, партия «усыновила» эсеровскую аграрную программу [14, с. 10]. Была реализована правительственная коалиция большевиков с левыми эсерами, которая должна была повысить доверие со стороны населения к советскому правительству. Советская власть постепенно была установлена по стране. В Могилеве события разворачивались стремительно: 19 ноября 1917 г. во главе отряда революционных войск в город прибыл Н.В. Крыленко. Генерал Н.Н. Духонин был зверски убит прибывшими солдатами. 20 ноября 1917 г. Ставка была занята революционными войсками и реорганизована. В Могилеве начались первые преобразования [1, с. 137].

Но даже в сложившихся условиях партии революционной демократии по — прежнему делали ставку на попытку перехвата власти легитимным путем — при помощи Учредительного собрания. «Если осталась еще надежда на ликвидацию большевистского переворота, она связывалась исключительно с оппозиционным большинством Учредительного собрания», — писал впоследствии один из эсеровских лидеров М.В. Вишняк [14, с. 11]. Действительно, значительные шансы на победу у эсеров были в ряде избирательных округов. Так, от Могилевского избирательного округа в

Учредительное собрание было избрано пятнадцать депутатов Учредительного собрания. Победили на выборах в Могилевской губернии эсеры, получившие двенадцать мест. В целом, по подсчетам историка А.А. Воробьева, в гражданских избирательных округах (Витебском, Минском и Могилевском) большевики в среднем получили 40,7% голосов избирателей, а эсеры — 39,9% [2, с. 167]. Эсеры получили большинство голосов по стране — 40,4% голосов, за большевиков проголосовало 23,2%. Казалось бы, стратегия эсеров оказалась оправданной. Однако единственный день работы Всероссийского Учредительного собрания 5 января 1918 г. стал первым и последним днем работы несостоявшегося российского парламента.

Впоследствии Центральный комитет Трудовой народно — социалистической партии, оценивая попытки организации антибольшевистских сил, в том числе и в городе Могилеве, среди главных причин их неудачи отметил отсутствие последовательной позиции у лидеров эсеров и меньшевиков в данном вопросе. По мнению теоретиков энесовской партии, еще некоторое время после революции, когда новая власть еще не окрепла и имелась определенная возможность противопоставить ей «общенародную власть», «социал-демократы и часть социалистов-революционеров под влиянием Викжеля пошли на переговоры с большевиками, давая последним выиграть время и укрепиться» [7, с. 10]. Историк С.П. Мельгунов в работе «Как большевики захватили власть» отмечает, что исход событий мог быть иным, если бы в Могилеве наряду с властью военной появилась и власть политическая. По его мнению, в город необходимо было перебраться остаткам «законного Временного правительства», в том числе А.Ф. Керенскому [9, с. 333]. Вместе с тем, политический успех большевиков нельзя сводить исключительно к отсутствию единства в лагере их оппонентов. Такое объяснение выглядит однобоко и субъективно. Более близкой к истине, на наш взгляд, выглядит точка зрения современного российского историка П.П. Марчени, изучающего проблему взаимосвязи массового правосознания и победы большевизма в России, который считает, что «политический успех той или иной партии в условиях русской смуты определялся тем, насколько ее практическая деятельность отвечала психологии масс, насколько ее тактика корреспондировалась с их поведенческими стереотипами, насколько лозунги этой партии были понятны русскому мужику и согласованы с его базовыми мировоззренческими установками, а также со спецификой их применения в массе…» [8, с. 88]. Ученый делает вывод, что «большевики оказались единственной безальтернативной политической силой в России 1917 г., оказавшейся способной обратить массовое сознание в инструмент для достижения своих партийных целей» [8, с. 95].

Литература:

  1. Агеев, А. Г. Перекрестки могилевской истории / А. Г. Агеев, Я. И. Климуть, И. А. Пушкин. — Минск : ООО «Туринфо», 2004. — 216 с.
  2. Воробьев, А. А. Выборы во Всероссийское Учредительное собрание на территории Беларуси и соседних российских губерний / А. А. Воробьев. — Могилев : УО «МГУ им. А. А. Кулешова», 2010. — 208 с.
  3. Гісторыя Беларусі : у 6 т. / рэдкал.: М. Касцюк (гал. рэд.) [і інш]. — Мінск : Экаперспектыва. — Т. 5 : Беларусь у 1917-1945 гг. / А. Вабішчэвіч [i інттт.]. — 2006. — 613 с.
  4. Заседание городской думы от 31 октября // жизнь. — 1917. — 2 нояб. — С. 3.
  5. Заседание общеармейского комитета // Могилевская жизнь. — 1917. — 8 нояб. — С. 1.
  6. Комитет общественной безопасности // Могилевская жизнь. — 1917. —
  • нояб. — С. 3 — 4.
  1. Конференция Трудовой народно-социалистической партии (30 мая — 1-го июня) // Известия Трудовой народно-социалистической партии : непериодич. сб. — 1918. — № 2. — С. 1-24.
  2. Марченя, П. П. Политические партии и массы в России 1917 года: массовое сознание как фактор революции / П. П. Марченя // Россия и современный мир. — 2008. — № 4(61). — С. 82-99.
  3. Мельгунов, С. П. Как большевики захватили власть / С. П. Мельгунов ; предисл. Ю. Н. Емельянова. — М. : Айрис-пресс, 2007. — 640 с.
  4. Положение в Ставке // Бюллетень. — 1917. — 16 нояб. — С. 2.
  5. Провинция о большевиках // Бюллетень. — 1917. — 16 нояб. — С. 2.
  6. Расійскія рэвалюцыі 1917 года ў лёсе Беларусі : (матэрыялы «круглага стала», які адбыўся 19 верасня 2007 г. у Інстытуце гісторыі НАН Беларусі) // Беларус. гіст. часоп. — 2008. — № 1. — С. 3-16.
  7. Станкевич, В. Б. Воспоминания, 1914-1919 г. / В. Б. Станкевич. Берлин : Изд-во И. П. Ладыжникова, 1920. — 356 с.
  8. Становление и крушение однопартийной системы в СССР / под общ. ред. Э. М. Энтина. — Гомель : ИПП «Техническая книга», 1995. — 506 с.
  9. Сяменчык, М. Я. Грамадска-палітычнае жыццё на Беларусі ў перыяд Лютаўскай i Кастрычніцкай рэвалюцый (сакавік 1917 — сакавік 1918 гг.) : у 2 ч. / М. Я. Сяменчык. — Мінск : Бел. дзярж. пед. ун-т імя М. Танка, — Ч.
  • : Грамадска-палітычнае жыццё ва ўмовах складвання таталітарнага рэжыму. — 158 с.
  1. Чрезвычайное совещание общественных и политических организаций // Могилевская жизнь. — 1917. — 28 окт. — С. 3-4.

Мельникова А.С.

Учреждение образования «Могилевский государственный университет

имени А.А. Кулешова»

(г. Могилев, Беларусь)

Оригинал