Как литовцы скрывают преступления своих отцов

В братской могиле в лесу Паняряй (польск. Ponary или Понары) возле Вильнюса лежат около ста тысяч человек. В подавляющем большинстве евреи. А также поляки, цыгане, русские и активисты коммунистической партии, казненные немцами и литовскими коллаборационистами.

У профессора Пинхоса Фридберга в Паняряй захоронены двадцать восемь погибших родственников, включая бабушку, дедушку и других близких. Но с мая 2012 года, он уже не приходит на официальные мероприятия.

Профессор, родившийся в мае 1938 года, вероятно, последний еврей из числа родившихся в Вильнюсе до начала войны и до сих пор живущих в городе, именовавшемся некогда «Иерусалимом Севера» или «Литовским Иерусалимом».

Согласно польской переписи 1931 года, среди горожан евреи были второй по численности национальной группой– 54,6 тысячи человек (первой были поляки, которых насчитывалось 128,6 тысяч). Среди них были и родители профессора, оба учителя языка идиш, также безукоризненно владевшие польским. Причем владевшие им настолько хорошо, что его отец Шая (умерший в 1992 году), даже после многих лет жизни в Советском Союзе и использования русского языка ежедневно допускал в своей речи «польские» оговорки.

Но не о своей жизни хочет поговорить со мной Пинхос Фридберг, а о том, что происходит сегодня в Литве, и о том, с чем он никак не может примириться. Перенесемся от времен войны в современность. Май 2012 года. В Каунасе состоялись торжественные похороны Юозаса Амбразявичюса-Бразайтиса, признанного правительством национальным героем. Его останки были привезены из США.

Де-юре похороны не имели государственного статуса, но были осуществлены за счет государства. Звучали торжественные выступления, играл оркестр, в церемонии приняли участие президенты независимой Литвы Валдас Адамкус и Витаутас Ландсбергис. Такое торжество организовали в честь политика, который возглавил литовское правительство в июне 1941 г., после вторжения в Литву немецких войск. Он готовился руководить этим правительством под немецким протекторатом, однако правил недолго – уже 28 июля 1941 года немцы дали четко понять: никакой автономии для Литвы не будет.

Несмотря на это, литовские историки перечисляют, чем Амбразявичюс успел отметиться: старался ликвидировать последствия «первого советского господства» в Литве, вновь воссоздал литовское правительство, восстановил прежнее образование, отменил национализацию земли. Также они вынуждены признать, что на время деятельности его временного правительства приходится и решение о создании гетто в Каунасе. Не могут они отрицать и того, что на заседании правительства 30 июня 1941 года под руководством Амбразявичюса было решено создать концлагеря для евреев, а также назначены лица, ответственные за их организацию. Документы сохранились, поэтому никаких сомнений нет. Нельзя также оспаривать тот факт, что именно это литовское временное правительство создало батальон вспомогательной полиции (Tautinio darbo apsaugos batalionas, TDA), в который уже к 4 июля 1941 года вступило 724 добровольца. Которые уже спустя несколько дней, в соответствии с планами немцев, приступили к уничтожению евреев в VII форте старой, еще российской крепости Каунаса.

Читать дальше: Как литовцы скрывают преступления своих отцов

Leave a Reply