Тадеуш Костюшко. Новый- старый миф

В белорусской националистической мифологии восстание 1794 года занимает особое место. Оно было украдено из польской истории, предельно мифологизировано и идеализировано. Пожалуй, из всех неудобных моментов истории Речи Посполитой фигура Тадеуша Костюшко наиболее удобна для создания легенды о государстве двух народов, разрушенном Российской империей. В данной статье я постараюсь развенчать все наиболее известные домыслы на этот счет, последовательно приводя действительные факты из реальной истории. Если возникнет необходимость, вы всегда можете их перепроверить с помощью научной литературы.

В современных белорусских реалиях Минкульт утвердил разрешение на установку памятника Костюшко. Разрешению было дано известному белорусскому националисту Глебу Лободенко, который известен «прогрессивной» общественности как создатель курсов «Мова нанова». С помощью краундфандинга на сайте Talaka.by он собрал более 22 тысяч белорусских рублей, пообещав жертвователям увековечить их имена на специальной табличке.

Сразу оговорюсь, что фигура Тадеуша Костюшка не вызывает у меня никакого негатива. Он славно воевал за независимость США, пытался спасти от распада Речь Посполитую.  Поэтому я лишь хочу обратить внимание на то, что у этой истории есть один неприятный для белорусских жертвователей момент. Польский герой был сторонником конституции 3 мая 1791 года, которая полностью упраздняла Великое княжество Литовское. Фактически речь идет об окончательной ассимиляции белорусских и украинских земель и создании унитарного польского государства.

Соответственно, «Полонецкий универсал», который издал Костюшко во время восстания 1794 года, не содержал даже намека на какую – то автономию. Польский главнокомандующий всего лишь собирался восстановить границы Речи Посполитой 1772 года.

Есть и еще один существенный момент, на который стоит обратить внимание. Если мы посмотрим карту боевых действий восставших, то отметим, что белорусские земли ими практически не затронуты. При этом современные Польша и Литва представлены достаточно полно. О чем это может говорить?

Я думаю, что дело прежде всего в тотальном равнодушии местного населения к тем лозунгам, которые выдвигались польскими повстанцами в 1794, 1830-31, 1863-64 гг. Здесь не было чего-то даже отдаленно напоминающего испанскую геррилью времен Наполеона или русскую партизанщину Отечественной войны 1812 года. В лучшем случае оружие в руки брала шляхта и некоторая часть мещан. Этим объясняется традиционная малочисленность повстанцев, которые бродили по белорусским землям, как по чужой территории. С их уходом крестьяне не скрывались от русских войск в окрестных лесах, чтобы нападать на обозы и воинские подразделения.

Одним словом, странные восстания на белорусской земле.

Чтобы хоть как-то подкрепить свои мифы о роли белорусов в восстании 1794 года, националисты придумали целые легенды о невероятном зверстве русских солдат Суворова на белорусской территории. Некоторые из этих легенд были аргументированно опровергнуты белорусским историком Александром Гронским, опубликовавшим статью Формирование образа врага из исторических персонажей (на примере личности А.В.Суворова)

Город Кобрин, который белорусские националисты «вырезали» с помощью Суворова, был великому полководцу подарен после подавления восстания. Исходя из оппозиционной мифологии, вы можете достойно оценить шутку Екатерины II…

Откуда же растут ноги у националистической концепции восстания 1794 года?

Думаю, что не нужно быть великим историком, чтобы понять, что появление Костюшко в белорусской истории связано с польским влиянием на белорусскую оппозицию. Безусловно, Варшава чрезвычайно заинтересована в общих воспоминаниях о первой Речи Посполитой. Не стоит забывать, что поляки прекрасно помнят, чем завершилось их многовековое противостояние с Россией. Поэтому еще в XIX столетии они за неимением собственной государственности всячески поддерживали любые антироссийские движения на территории украинских и белорусских земель. Без этого фактора «со стороны» белорусские и украинские националисты не смогли бы сформировать собственные мифы.

Впрочем, поляки достаточно критично относятся к предложениям некоторых белорусских оппозиционеров представить Костюшко «белорусом».

Мне сложно сказать, под каким соусом Минкульт подаст новый памятник Костюшко. Какие речи прозвучат на его открытии. Я не знаю, какой нейтральный текст можно поместить на табличке, чтобы он не возбуждал межнациональной розни. Абсурдно, если памятник будет позиционировать Костюшко белорусским патриотом. Впрочем, в первый ли раз складывается такая ситуация?

По факту, единственное, что есть в запасе у белорусских националистов – это место рождения нашего героя. Оппозиции безразлично, кем себя считал Костюшко, она привыкла перевирать факты. Ну а белорусскому чиновнику можно поставить памятник в виде похвалы глупости и конформизму. Идеология для него уже не имеет значения. Главное, чтобы люди на митинги не выходили…

Читать дальше: Тадеуш Костюшко. Новый- старый миф

Leave a Reply