Смерть Сталина времён смерти здравого смысла

Интересное, характерное событие произошло на днях в России. Министерство культуры отозвало прокатное удостоверение у британской комедии «Смерть Сталина». В картине нашли «запрещённые к распространению материалы».
Ранее юристы министерства сообщили, что
«Фильм «Смерть Сталина» направлен на возбуждение ненависти и вражды, унижение достоинства российского (советского) человека, пропаганду неполноценности человека по признаку его социальной и национальной принадлежности, а это признаки экстремизма… Мы уверены, что фильм сделан для того, чтобы извратить, исказить прошлое нашей страны, чтобы период жизни советских людей в 50-е годы вызывал только ужас и отвращение».
Автор, сразу отметим, фильм не смотрел. Но, конечно, после такой рекламы обязательно посмотрит, тем более что увидеть в роли Никиты Сергеевича Хрущёва Стива Бушеми даже в гнусной ленте будет крайне интересно. А что лента гнусная, автор подозревает и без предупреждений от российского министерства культуры. Устраивать хиханьки вокруг смерти чьей угодно — Сталина, Гитлера, Задорнова, матери Терезы — дело заведомо неблагородное.
Ведь изгаляющийся по поводу чьей-то смерти изгаляется именно над ней, над смертью, а не над конкретным человеком. А смерть есть переход из конечного и понятного (на первый взгляд понятного) существования в бесконечное и непостижимое не-существование. Поэтому очень сложно пытаться над ней изгаляться, не выглядя абсолютным болваном.
Смерть нивелирует любую человеческую личность, нравящуюся нам или нет. Она растворяет эту личность в себе, вбирает её в себя, и чьи-то глуповатые пляски вокруг хладного тела оказываются овеяны совсем другого рода, запредельным, холодком.
Но значит ли это, что такие пляски должны быть табуированы общественными предписаниями? Упаси господи, общество давно зачервивлено похуже любого трупа. Чем оно меньше вмешивается, тем лучше. В мире тонких субстанций у каждого свой персональный набор табу.
Так что хохотать возле трупа вообще-то можно сколько угодно. Вполне возможно, никаких минусов в карму хохотуну не будет. Вполне возможно, вовсе нет и никакой кармы. Вполне возможно, что его хохот просто унесётся в ту самую холодную вечность мертвецу вослед — туда, где не слышен уже ни лай, ни крик.
Считанные человеческие единицы в такой позиции сумеют звучать уместно (навскидку вспомним Мела Брукса, комедии которого берут именно своим великолепным цинизмом). Может, и режиссёру фильма про Сталина это удастся. В любом случае время худсоветов прошло: это, снова-таки, личное дело хохочущих, быть им уместными или неуместными.
Что будет точно неуместно — пытаться заткнуть их, используя запреты. На дворе двадцать первый век, повсюду и везде трещат планшеты, смартфоны, электрочайники, буквально выблёвывая на осоловелых хомо сапиенсов гигабайты информации. Пытаться в этой ситуации что-то замолчать или запретить — не менее тщетно, чем утаивать шило в мешке. Странно, что пример незадачливой крымской прокурорши-антиматильды никого из работников министерства этому не научил.
Запреты с массовыми возмущениями и коллективными письмами создают произведению искусства прекрасную рекламу. То, что запретный плод сладок, известно очень давно, да и вообще — судьи кто?
Ведь такой феерии вокруг советского прошлого, какая творилась на территории бывшего СССР, конечно, ни в одном британском фильме не сыщешь. Активно участвовали в этом постаревшие и поскучневшие ныне «мастера культуры». Вспоминаю образ Сталина в перестроечных и постперестроечных фильмах. Какие только коленца не выкидывал в киноподелках недотворцов, дорвавшихся до свободы, этот мощный старик! Мочился на стену, ходил без штанов, задирал девкам юбки, получал по физиономии…
А Никита Михалков в своих достаточно недавних утомивших публику «Утомлённых солнцем» и вовсе макал Сталина мордой в торт. Правда, не наяву, а в грёзах своего персонажа. Теперь Никита Сергеевич подписывает коллективное письмо с просьбой к министерству культуры запретить крамольное кино:
«После просмотра у нас сложилось впечатление, что, мало того что это произведение с очень плохо играющими актерами, небрежными и неправдивыми декорациями, фильм — это еще пасквиль на историю нашей страны, злобная и абсолютно неуместная якобы «комедия», очерняющая память о наших гражданах, победивших фашизм»…
Министерство, как мы знаем, к Михалкову прислушивается. На дворе 2018 год, официально объявленный этим министерством годом Александра Исаевича Солженицына. Блестящий образчик постсоветского маразма!
Вспоминается, кстати, расхваленное в своё время всё теми же кипучими деятелями культуры кино «Телец». Там, правда, речь шла не о смерти Сталина, а о смерти Ленина. Никакой комедии, никакого юмора, никакой буффонады. Сейчас о таком говорят «бомбит»: животная, ничем не сдерживаемая злоба, сплошной и сознательный поклёп, ощутимые пароксизмы режиссёрской ненависти — казалось, у того, кто это снимает, за кадром вот-вот начнётся падучая. После просмотра фильма хотелось надеть резиновые перчатки и тщательно протереть экран дезинфицирующим раствором. Но это испражнение выдавалось и выдаётся за интеллектуальный шедевр.
Да чего уж там вспоминать перестройку, посмотрите свежие российские (sic!) сериалы 2017 года — «Троцкий», «Демон революции» и тому подобное «Хождение по мукам». Сталин, кстати, в качестве персонажа в них часто присутствует. Ну и при чём к этой ахинее козни англичан? Чего после этаких перлов кинематографа требовать от разбитного и неделикатного иноземного режиссёра?
Будем честны перед собой, сюжет очевидно трагикомический: возня опасливых интриганов у неостывшего тела вожака. Снято, скорей всего, действительно что-то очень гадкое. Но это уж пусть зритель оценивает сам, без предписаний от министерства.
В конце концов, сколько людей, столько мнений — о том же Сталине. Пусть распустятся сто цветов, как говорил его известный коллега. Место цензуры — на свалке истории. И самое главное, перед тем как обвинять кого-то в несоответствии идеалам, надо элементарно навести порядок в собственной голове и понять, в чём эти идеалы состоят. А потом уже за них бороться — не затыкая очень может быть что неправому иностранцу рот, но создавая позитивные ценности, на этих идеалах основанные.
Вот, скажем, через четыре года после смерти Сталина сняли фильм «Коммунист». Отдали должное этой картине и коммунисты, и антикоммунисты, у которых не атрофировано было эстетическое чувство. И ясно было любому самому скептически настроенному человеку, что идеалы, на которых можно воздвигнуть такое, чего-то да стоят.
Не нужно никому затыкать рты, чего бы эти рты ни мололи. Нужно делать своё, делать хорошо и достойно. Нужно иметь для этого средства, а не только для фильмов о Сталине с мордой в торте. А перед тем как этим заняться, нужно определиться, что же это такое — «своё», покончив наконец с шизофренией в собственной голове. И тогда к вам обязательно прислушаются.
Читать дальше: Смерть Сталина времён смерти здравого смысла

Leave a Reply