«Куропаты»: истина дороже

    


 
?
Часть 1. Куропаты: долгий путь к истине

? Часть 2. Кому нужна ложь о суровом времени?
 


 

 

Всё однажды родившееся с течением времени закономерно умирает. Однако вопреки всем законам долгие 30 лет висит туман провокации, сплетенный из обмана, подмены одной правды другой над холмом у довоенной бригады совхоза Зеленый Луг.
 
Лепешко Емельян Николаевич

Член Общественной Комиссии по расследованию преступлений,
совершенных на холме возле деревень Цна-Йодково — Зеленый Луг,
который известен сегодня под названием «Куропаты».

       

        
 
До войны здесь бурлила жизнь. Была не только производственная бригада, но и жила одноименная деревня, а рядом, за невысоким холмом, еще одна деревня — Затишье. В двух километрах на западе виднелись дома деревни Цна-Йодково, а за Заславской дорогой, на юго-западе, раскинулась деревня Цна.

На севере, за Заславской дорогой, широко простирается болото, на котором до войны и в войну при немцах работало торфопредприятие, копали, сушили и возили в Минск на электростанцию торф. Для этого мимо деревни Боровой (1,5 км от зеленолугского холма) к деревне Цна мимо деревни Малиновка была проложена узкоколейка.

Вот это густо заселенное, оживленное место З.Позняк, а за ним и прокуратура Белоруссии зачислили в глухомань. Не верите? Послушайте Позняка:
 

«В начале 70-х годов на северной окраине Минска, слева от Логойского шоссе, не доезжая до кольцевой дороги, еще существовала деревня Зеленый Луг. Ее старожилы рассказывали нам, что за два километра от деревни на север, между кольцевой и Заславской дорогами, в лесу от 1937 до 1941 года каждый день и каждую ночь расстреливали людей, которых привозили сюда на машинах. На возвышенностях стоял старый бор, вокруг леса и глухомань. Кусок бора гектаров 10—15 был огорожен высоким, за три метра, плотным дощатым забором в накладку-доска на доску, обтянутый сверху колючей проволокой».
 

Так Позняк изложил на исковерканной под Тарашкевича белорусской мове в газете «Лiтаратура i мастацтва» в 1988 году свою жуткую ложь.

Достаточно сесть в центре Минска на троллейбус №53, доехать до конечной остановки Зеленый Луг, перейти кольцевую дорогу, подняться на холм, утыканный католическими крестами, чтобы ложь Позняка о глухомани довоенной сразу же развеялась. Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

Сразу же возникнут вопросы о профессионализме прокуратуры: и прокурора БССР Тарнавского и следователей, и некоторых членов государственных комиссий. Где же глухомань, где же бор или хотя бы довоенный лес, ну пни от них, наконец?

Нет и не было, сам в этом убедился. Нет леса на довоенных наших и трофейных немецких топографических картах. Соврали, Зенон Станиславович, сразу соврали.

Но если пройти 3—4 десятка метров от холма на запад в сторону деревни Цна-Йодково до кромки теперешнего сосняка, то увидите четкие следы от длинной траншеи со стрелковыми ячейками и пулеметными гнездами с брустверами в сторону этой деревни.

Тут же возникнет вопрос: а почему следствие этого не видело, не внесло в протокол осмотра места преступления, что обязывает сделать закон, и не ответило, что это, кем и для чего создано.

Подобные же вопросы непременно возникнут, если спуститесь с холма на север, в сторону Заславской дороги. Параллельно дороге там тянется след длинной траншеи со стрелковыми ячейками, пулеметными гнездами, брустверы которых обращены в сторону дороги.

Зря вы, Зенон Станиславович, обвинили местных жителей в воровстве леса с холмов, которые, как вы утверждаете, во время войны, деревья «спiлавалi» и использовали на бытовые нужды.

Об отсутствии на названных холмах леса до войны показали практически все многочисленные свидетели, что зафиксировали следователи ПРОКУРАТУРЫ в протоколах допросов (см. «Куропаты — следствие продолжается», М. 1990 год).

Не были холмы у деревни Зеленый Луг глухоманью и в годы гитлеровской оккупации. Михаил Иванович Позняков в своих обращениях в прокуратуру Белоруссии, в Общественную комиссию и в средства массовой информации подчеркивал, что является живым свидетелем массовых расстрелов гитлеровцами и их латышскими прислужниками на этих холмах лиц еврейской национальности, привезенных в Белоруссию из стран Европы. Особо запомнился ему миллионер из Австрии, у которого гитлеровцы выбивали капиталы, а затем, ничего не добившись, расстреляли одним из первых.

Кого интересует эта история более подробно можно ознакомиться в газетах «Вечерний Минск» за 2 и 13 августа 1991 года, «Во славу Родины» от 3 августа 1991 года, 30 июля 1992, 23 июля 1994 года, «Политика Позиция Прогноз» №10(14), «Белорусская нива» за 9 июня 1999 года.

Следователи прокуратуры, не побеседовав даже с Позняковым М.И., обвинили его в прессе во лжи. Общественная комиссия выезжала в Оршанский район, беседовала с жителями, знавшими Позднякова во время войны. Они отметили, что в конце лета 1941 года Позняков М.И. исчез из деревни вместе с родственниками. Вернулся уже осенью. Перед исчезновением был веселым, хулиганистым даже молодым человеком с густой шевелюрой на голове. А вернулся грустный, дерганый, совершенно лысый пожилой человек. Ничего не рассказывал, даже уходил от разговоров. Вот такие факты.

И еще, когда находились на самой вершине холма у Зеленого Луга, Позняков постоянно крутил головой. Затем замолчал, указал на густой кустарник и заявил: «Вот здесь у немцев стоял пулемет и стрелял в людей». Члены комиссии прошли в указанную сторону, раздвинули кусты и увидели на земле четкий след пулеметного гнезда. Михаил Иванович показал также места, где фашисты заставили копать котлованы под земляные бараки. Углубления и теперь просматриваются на местности. Правда, один из трех котлованов попал под полотно кольцевой дороги.

20 июня 1996 года прокуратура Белоруссии выступила с заключительной статьей в «Народной газете» «Куропаты: оснований для возобновления следствия не имеется», в которой воспроизведен ответ Заместителя Генерального прокурора Республики Беларусь Владимира Кондратьева, и утверждается, что в указанном месте («Куропаты») «в 1937—1941 годах сотрудниками НКВД БССР расстреливались репрессированные жители республики, так называемые «перебежчики», а также граждане западных областей Белоруссии». Но не указано, кем санкционированы расстрелы, будто заключение написано не прокуратурой, а некими случайными безответственными людьми.

Перечислена якобы большая «работа» в виде допроса 55 человек жителей окрестных деревень, якобы являвшихся свидетелями (чего?) расстрелов и 45 человек слышавших разговоры о расстрелах. Вслед за Позняком утверждается о расстрелах в лесном массиве, которого фактически до войны на холмах не было. Стыдливо нехотя признались, наконец, что оказывается это работники комендатуры НКВД не просто расстреливали, а приводили в исполнение приговоры в отношении лиц, приговоренных к высшей мере наказания.

Но почему же умалчивается количество осужденных к высшей мере, хотя число известно даже газете «Вечерний Минск» и нам?

Вот здесь-то и зарыто лукавство прокуратуры.

Читать дальше: «Куропаты»: истина дороже

Leave a Reply