Кирилл Бенедиктов: Пепел Одессы до сих пор не остыл

Про одесскую трагедию 2 мая 2014 г. написано и сказано очень много. Но – никогда не будет сказано достаточно.
В этот день четыре года назад мир увидел угольно-черное лицо чистого зла.
Увидел – и стыдливо отвернулся, потому что политические и иные соображения не позволяли во всеуслышание назвать зло – злом.
Через год после трагедии в одесском Доме Профсоюзов, в крошечном итальянском городке Чериано-Лагетто торжественно открыли небольшой – меньше человеческого роста — памятник, посвященный мученикам Одессы. Маленькая площадь, на которой он стоит, носит то же имя – Piazzale martiri di Odessa.
Возможно, жителям Чериано-Лагетто невдомек, что они – единственные, кто решился увековечить память погибших 2 мая 2014 г. пророссийских активистов Куликова поля. Нигде больше в мире, включая и Россию, ради присоединения к которой боролись и погибли эти люди, нет ни памятников, ни мемориальных досок, посвященных жертвам 2 мая.
Эта странная амнезия — позор для всего человечества, но особенно для нас, потому что те, кто заживо горел в Доме Профсоюзов, были воинами Русского мира.
Нельзя сказать, что их у нас совсем забыли: каждый год 2 мая в СМИ появляется некоторое количество материалов, посвященные одесской трагедии, кое-где проходят организованные инициативными группами акции, напоминающие о тех страшных событиях – но с каждым годом все меньше и меньше.
Молчат и официальные лица и ведомства. В этом году, например, только российское посольство в США опубликовало комментарий, в котором выражало возмущение тем, что администрация в Вашингтоне «обходит одесские события и фактическую «заморозку» их расследования Киевом молчаливым согласием».
Мало того, что этот комментарий писал человек, плохо владеющий родным языком («обходит… молчаливым согласием»), он еще и опубликован почему-то на страничке посольства РФ в США в Фейсбуке. На данный момент под ним целых 32 лайка, что, безусловно, свидетельствует о мощном общественном резонансе, вызванном этим образцом дипломатического красноречия.
Можно сколько угодно возмущаться тем, что власти других стран, включая США, никак не реагируют на массовое убийство симпатизировавших России и Русскому миру жителей Одессы, но если сама Россия ничего не будет делать для того, чтобы защищать память погибших и добиваться наказания для их убийц – так и будет продолжаться.
Всегда. Вечно.
Тем более, что сами убийцы не прячутся. Напротив — не скрывают своего торжества.
Как справедливо заметил непосредственный участник событий 2 мая 2014 г., экс-депутат Одесского горсовета Игорь Димитриев,
«о том, чем мы отличаемся от этих людей (сторонников Евромайдана, — К.Б.) говорит даже не сам факт массового убийства, а последующей реакции на него. В состоянии аффекта человек, в общем даже приличный, может совершить чудовищную ошибку, может совершить жуткое преступление. Но тем-то он и отличается от мрази, что в последующем, может быть, через день, через два, через год, а может быть, буквально через минуту после произошедшего к нему придет осознание того, что он нарушил законы человеческого общежития, законы божественные, законы элементарной человеческой морали. Он это осознает и как минимум не будет гордиться произошедшим».
Те, кто сожгли заживо защитников Дома Профсоюзов в Одессе, своим преступлением гордятся.
Теперь, спустя четыре года, людоедские шутки про «жженую вату» и «день шашлыка» (напомню – известный пост про «замоченное мясо и красное вино» понравился самому Арсену Авакову) уступили место «философскому» осмыслению произошедшего.
Цитирую с сохранением орфографии:
«Друзья, соратники, сегодня большой национальный празник. Придет время и 2 мая станет государственным празником, так как два года назад украинцы добыли первую значительную победу в нынешней национально-освободительной войне. Мы не просто спасли Одессу от агрессии русского мира, а впервые продемонстрировали агрессору зубы. Украинский триумф в Одессе стал началом конца идеологии русского мира. Победа украинского духа и оружия в Одессе золотыми буквами вписана в новейшую украинскую историю».
Стоит ли удивляться, что 2 мая этого года в Одессе прошел «Марш украинского порядка», в котором приняли участие сотни активистов запрещенного в РФ «Правого сектора», «Национального корпуса – Одесса», «Свободы», «Сокола» и других ультранационалистических групп. Жгли файеры и факелы, скандировали «Слава нации – смерть врагам!» и, разумеется, «Героям – слава».
Герои, напомню, это те, кто жег женщин и детей в Доме профсоюзов.
Но то, что происходит на Украине, хотя и вполне отвратительно, но и вполне логично. Потому что злокачественное новообразование, которое гордо именует себя «Украиной», всю свою идентичность строит не просто на борьбе с Россией, а на тотальном отрицании всего русского, на уничтожении любых элементов «Русского мира». И одесский геноцид 2 мая – важнейший столп этой «новой Украины».
Ожидать, что убийцы внезапно прозреют и покаются – столь же наивно, как и надеяться на то, что «новые украинцы» сами, без принуждения, откажутся от своей идентичности.
А вот то, что происходит в России, во всяком случае, в либеральном сегменте ее общественного мнения, заслуживает самого пристального внимания. Потому что на фоне унылого молчания официальных лиц некоторые высказывания «властителей либеральных дум» звучат как-то слишком уж громко.
Вот, например, «поэт-оппозиционер» Дмитрий Львович Быков в интервью украинскому сайту «Униан»рассказывает о своем видении одесских событий, которые он оценивает как большой специалист в данном вопросе («прочел все, что можно прочесть в Интернете»):
«Эта история горькая, трагическая и вины нельзя снимать ни с одной, ни с другой стороны. Хотя Майдан будут всегда обвинять в случившемся, совершенно очевидно – инициаторами стали люди, которые хотели присоединить Одессу к «Новороссии». Этого, к счастью, не получилось, но какой ценой. Вот об этом надо помнить».
Представим себе, на секундочку, что некий западный интеллектуал заявил бы в СМИ: «История варшавского гетто – горькая, трагическая, и виноваты в ней обе стороны. Хотя СС всегда будут обвинять в случившемся, совершенно очевидно – инициаторами стали люди, которые подняли восстание против ликвидации гетто. Этого, к счастью, не получилось, но какой ценой. Вот об этом надо помнить».
Как вы думаете, что ожидало бы этого интеллектуала в самом скором времени после публикации такого интервью?
Правильно: публичное осуждение, отказ сотрудничать со стороны всех уважающих себя СМИ и издательств, полный игнор со стороны телевидения, а, возможно, и некоторое количество судебных исков от еврейских общественных организаций.
Чем рискует Д.Л. Быков, рассказывая своим украинским друзьям о том, что в трагедии 2 мая виноваты те, кто «хотел присоединить Одессу к Новороссии» (фактически, повторяя более красивыми словами старую мантру украинских нацистов «сепары сами себя сожгли»)? Да ничем.
Никто даже пощечину ему не влепит, не говоря уже о судебном иске. Более того – в либеральной тусовочке ему уже обеспечен «респект и уважуха» — за смелость.
Чем рискует уважаемый публицист Денис Драгунский (да-да, тот самый Дениска из «Денискиных рассказов»), когда пишет в своем блоге на «Эхе Москвы»:
«давайте будем честны.

Говорить, что «их сожгли живьем» – это всё-таки неправда. Это уже образное выражение. А образное выражение, употребляемое как реальность – это уже пропаганда. Да, эти несчастные люди в ходе уличных столкновений оказались в здании, которое загорелось, да, да, да.»
Максимум тем, что кто-нибудь из читателей его блога после таких слов от него отпишется. А у Дениса Викторовича Драгунского одних подписчиков в ФБ – 50 тысяч человек. Переживет как-нибудь.
А вот если бы какой-нибудь Дэннис Драгунски написал бы в своем блоге на Huffington Post:
«давайте будем честны.

Говорить, что их «сожгли живьем» — это все-таки неправда. Это образное выражение. А образное выражение, употребляемое как реальность – это уже пропаганда. Да, эти несчастные люди, работавшие во Всемирном торговом центре или пришедшие туда 11 сентября 2001 г, оказались в зданиях, которые загорелись и рухнули, да, да, да».
С одной стороны, никто не может запретить мистеру Драгунски такое написать – Первая поправка нерушима и свята, и свобода слова позволяет всем высказывать свои мысли, даже если они для кого-то оскорбительны. Но репутация мистера Драгунски после такого саморазоблачения будет здорово подмочена – и неизвестно еще, захочет ли с ним иметь дело Нuffington Post.
Кроме того, наверняка найдутся скептики, которые предположат, что у мистера Драгунски что-то не в порядке с головой.
Примеры можно приводить и приводить.
Фантазия российских либералов, рисующих украинских нацистов борцами за свободу, а погибших сторонников Русского мира – тупыми «титушками» (3 мая 2014 г. еще одна либеральная соловьиха Ю. Латынина назвала Куликово поле «Титушкодромом», а трагедию в Доме Профсоюзов – операцией «Консервы») – поистине безгранична.
И то, что эти люди присутствуют на страницах российских СМИ, выступают в эфире теле- и радиоканалов, и не просто присутствуют и выступают, а продолжают свои танцы на костях погибших 2 мая – не меньший позор для нашей страны, чем отсутствие мемориала мученикам Одессы и странное молчание официальных лиц.
Нет, я не призываю лишить их слова – свобода слова у нас в стране должна уважаться не меньше, чем в той же Америке.
Я только хотел бы, чтобы в полном соответствии с принципом свободы они бы за свои слова отвечали.
И чтобы наше общество знало, что некоторые его кумиры на самом деле – адвокаты дьявола. Более того – я бы предпочел, чтобы обществу об этом напоминали как можно чаще. Так, чтобы, в конце концов, Быков, Латынина, Драгунский и пр. ощутили бы вокруг себя неприятную пустоту.
Если уж Россия по каким-то причинам не хочет преследовать и наказывать убийц русских людей, погибших в Одессе – как преследовали и наказывали палачей Освенцима и Треблинки спустя много лет и даже десятилетий израильтяне – если, по непонятным мне соображениям, не хочет говорить об этом преступлении громко во весь голос на международной арене, если на мемориал погибшим не хватает то ли денег, то ли чьей-то политической воли – то, по крайней мере, мы все можем сделать так, чтобы защитники убийц чувствовали себя в нашей стране неуютно.
Это, наверное, самое малое, что мы можем сделать в память тех, кого жгли заживо в Доме Профсоюзов, кого расстреливали и добивали ломами на земле, в память тех, кто хотел быть с Россией и не хотел жить в бандеровской утопии.
Пепел Одессы до сих пор не остыл.
Читать дальше: Кирилл Бенедиктов: Пепел Одессы до сих пор не остыл

Leave a Reply