Как Австрия из русинов Галиции создала «украинцев»

Галиция в общественном сознании прочно ассоциируется с украинским национализмом самого крайнего толка. Результаты всех выборов на ее территории, когда обязательным условием успеха отдельного кандидата или партии является декларируемая русофобия, роль западно-украинских «активистов» в перевороте 2014 года, вся история прошедшего века, включающая ОУН-УПА* и СС «Галичину»*, доказывают, что это в целом отвечает действительности. Но так ли было всегда?
Внимательное изучение прошлого доказывает, что нет. Галицкая Русь веками хранила свою русскость в неприкосновенности, как величайшую святыню, и отважно боролась за нее. Сломить же ее русский дух удалось исключительно благодаря жесточайшему государственному давлению мощного репрессивного и идеологического аппарата Австро-Венгерской империи, включая на завершающем этапе применение прямого массового террора.
Столетиями отторгнутые от единого тела Руси галичане продолжали считать себя русскими. Считали, несмотря на жестокие преследования со стороны польской власти, предпринимавшей всё, чтобы они забыли о своей глубинной связи с единокровной и единоверной Россией и отреклись от русского имени. Даже Брестская уния, по замыслу Варшавы предназначенная для разделения русских через веру и превращения галичан в поляков, принципиально ничего не изменила. Подавляющее большинство новообращенных греко-католиков считало унию лишь временной уступкой. Многие униатские священники долгое время проповедовали русское единство и не считали православие враждебным исповеданием. Лишь при митрополите Андрее Шептицкомгреко-католическая церковь Галиции стала постепенно превращаться в механизм антирусского и антиправославного влияния, но и тогда его действенность была достаточно ограниченной. Показательно, что при освобождении русскими войсками в Первую мировую войну Галицкой Руси в веру предков по своей инициативе массово возвращались целые приходы, часто во главе со священниками.
Вплоть до войны самоназвание большинства галичан было «русины»: независимо от формального отхода от православия они ощущали себя частью русского народа. И это сознание было подлинно массовым. Сохранились, в частности, многочисленные свидетельства участников венгерского похода русских войск под командованием генерал-фельдмаршала Паскевича-Эриванского в 1849 году. По единодушному утверждению, население Галиции встречало русские войска с восторгом, видя в них освободителей, а себя называло исключительно русинами.
Если бы не излишняя рыцарственность Николая I, не пожелавшего воспользоваться катастрофическим положением молодого австрийского императора, то присоединение земель бывшей Червонной Руси к Российской империи прошло бы тогда без малейших затруднений под единодушное ликование русинов Галиции.
Бескорыстная помощь России в подавлении венгерского национального восстания спасла Австрию от крушения, но Вена с ужасом увидела, насколько сильны позиции России среди русинского населения, в том числе среди его образованной части. Сам Михаил Грушевский в своей отнюдь не русофильской «Истории Украины-Руси» был вынужден констатировать факт ориентации на Петербург русинской интеллигенции, определявшей и позицию большинства народа: «Надеялись, что русский царь заберет Галицию от Австрии, и в этих надеждах проповедовали сближение с русским языком и культурой».

Вид лагеря Талергоф с высоты птичьего полёта. Сюда были депортированы жители Галиции и Буковины — русины и симпатизирующие или заподозренные в симпатии к Российской империи, а также высланные из своих областей по заявлениям поляков и украинофилов.

Не только понимая степень опасности отделения Галиции, но и в первую очередь готовя ее использование для захвата русской Малороссии в готовящейся вместе с Германией войне с Россией, Вена начала тщательно продуманную долгосрочную программу ментальной «перепрошивки» русинов.
Памятуя о провале политики ополячивания, главным инструментом которой был отказ от православия и переход в католичество (сохранившее для удержания верующих старую обрядность), был избран принципиально новый сценарий.
Венские стратеги главную ставку сделали на внушение галичанам, что они не русины, а «украинцы». Ранее это наименование вообще не применялось в Галиции, как, кстати, оно ни разу не встречается и в творчестве Тараса Шевченко (в своем дневнике писавшем «наше русское сердце»). И потом именно из Галиции оно начало свой путь на Великую Украину как инструмент разрушения Российской империи посредством разжигания сепаратизма.
Путь был избран, как показывает опыт истории, наиболее эффективный (во многом потом вновь примененный Западом для подготовки первого и второго майданов). Понимая влиятельность немногочисленной национальной интеллигенции, основной упор был сделан на то, чтобы она прониклась идеологией «украинства» (приверженцы которого назывались «народовцами»). Целью австрийской политики было навсегда разорвать внутреннюю связь русинской элиты с общерусской культурой. С этой целью постоянно, на протяжении более полувека, выделялись значительные средства из государственного бюджета на печатные издания, проповедовавшие ненависть к России и искусственно созданный украинский национализм. На государственные стипендии в антирусском духе обучались не только народные учителя, но и все непосредственно контактирующие с населением представители интеллигенции: врачи, агрономы, ветеринары и прочие.
Читать дальше: Как Австрия из русинов Галиции создала «украинцев»

Leave a Reply