Павловец и Шиптенко сидят в СИЗО за стремление улучшить белорусско-российские отношения

Невиновность журналистов подтвердили две альтернативные экспертизы и Роскомнадзор

Дело белорусских журналистов Юрия Павловца, Сергея Шиптенко и Дмитрия Алимкина обрастает новыми захватывающими подробностями. Речь пойдёт об экспертизах – на основании одной из них публицисты уже десятый месяц сидят в СИЗО. В конце лета Следственный комитет Республики Беларусь предъявил наконец окончательные обвинения – все трое обвиняются в разжигании расовой, национальной или религиозной вражды или розни, а Павловец и Шиптенко ещё и в незаконной предпринимательской деятельности (она, по мнению следствия, состояла в получении гонораров за написание статей для российских изданий).

Напомним некоторые обстоятельства этой истории.

– В декабре 2016 года журналистов арестовали на основании экспертизы их текстов, которая проводилась по запросу Министерства информации Республики Беларусь (РБ).

– В течение 7 месяцев после ареста текст этой экспертизы не видели ни сами обвиняемые, ни их адвокаты и близкие родственники.

– Всем троим обвиняемым публично ставились в вину слова, написанные одним человеком – Дмитрием Алимкиным. Юрия Павловца и Сергея Шиптенко в белорусской прессе и экспертном сообществе клеймили за то, чего они никогда не писали.

– Газета «Советская Белоруссия» бездоказательно сравнила всех троих арестованных с «пропагандистами Геббельса и палачами концлагерей в Озаричах, Тростенце, Бухенвальде, Освенциме».

– В суде (Юрий Павловец подал иск о защите чести и достоинства в связи с публикацией в «Советской Белоруссии») всплыла экспертиза, послужившая поводом для уголовного преследования журналистов. В ней говорилось о «воздействующем дискурсе» (?!), который, по словам экспертов, вызывал у россиян «возмущение и негодование по отношению к властям Белоруссии», а у населения Белоруссии – «неприязнь к лицам, проводящим в России информационную политику в отношении Белоруссии». Экспертиза пришла к ошеломляющему выводу – в этом состоял «экстремизм». То есть арестованные журналисты были переведены в разряд экстремистов росчерком пера лингвистов!

– Назначал экспертов и подписывал экспертные заключения заместитель министра информации РБ Владимир Матусевич (теперь уже бывший заместитель).

– Из министерства информации жёнам Сергея Шиптенко и Юрия Павловца сообщили в ответ на их запрос о составе и квалификации экспертной комиссии, что она «работает на общественных началах», «не относится к экспертным учреждениям» и, соответственно, квалификация экспертов не нуждается в подтверждении. Иначе говоря, экспертом мог быть назначен любой.

– Министр информации Лилия Ананич, при которой и разворачивались события вокруг Павловца, Шиптенко и Алимкина, теперь уже тоже бывший министр. Президент Беларуси Александр Лукашенко в конце сентября назначил на должность министра информации заместителя Ананич – Александра Карлюкевича, выпускника Львовского военно-политического училища, главного редактора издательского дома «Звязда».

– Журналистов обвиняют в том, что они действовали преступной группой вместе с неустановленными лицами. В этой логике любое СМИ расценивается как коллектив злоумышленников, включающий главного редактора, авторов, корректоров, системных администраторов и, возможно, курьеров и уборщиц, – все ведь работают на одну задачу.

– Арестованным журналистам грозит до 12 лет тюремного заключения.

Таковы вводные. Однако на десятом месяце пребывания в заключении кандидата исторических наук, доцента Белорусского государственного университета информатики и радиоэлектроники (БГУИР) Юрия Павловца, главного редактора журнала «Новая экономика» Сергея Шиптенко и блогера Дмитрия Алимкина появились по крайней мере три документа, которые подрывают мнение безымянных белорусских экспертов-общественников о том, что тексты Павловца и Шиптенко – это экстремизм.

Во-первых, по запросу адвоката Юрия Павловца была проведена экспертиза (лингвистическое заключение) всех его 10 статей, за которые он был арестован и брошен за решётку на долгие месяцы (к моменту предъявления окончательного обвинения из этого списка осталась всего одна статья в трёх частях «Как конструировалась белорусская идентичность?»). Экспертизу проводила Елена Галяшина, негосударственный судебный эксперт со стажем 35 лет, экспертная специализация – «судебная лингвистическая экспертиза», доктор филологических наук, доктор юридических наук, академик Российской академии естественных наук, диплом МГУ с отличием по специальности «структурная и прикладная лингвистика», в настоящее время – профессор кафедры судебных экспертиз Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина.

«В тексте №1 («Как конструировалась белорусская идентичность», часть 1. – Ред.не содержится призывов к осуществлению деятельности экстремистского характера, обращений к другим лицам с целью побудить их к осуществлению экстремистской деятельности, высказываний, подстрекающих к дискриминации, вражде или актам, направленным против какой-либо расы или группы лиц другого цвета кожи или этнического происхождения, высказываний, обосновывающих и (или) утверждающих необходимость геноцида, массовых репрессий, депортаций, совершения иных противоправных действий, в том числе применения насилия, в отношении представителей какой-либо нации, расы, приверженцев той или иной религии.

Напротив, автор критикует непоследовательные действия властей против местного национализма, который нацелен на отрыв братской Белоруссии от России. Автор не допускает оскорбительных высказываний, номинаций, уничижительных сравнений в адрес белорусского народа, его истории, культуры», – пишет эксперт. Короче, экстремизма в первой части статьи о белорусской идентичности у Павловца нет. Может быть, поискать экстремизм во второй части?

Читать дальше: Павловец и Шиптенко сидят в СИЗО за стремление улучшить белорусско-российские отношения

Leave a Reply